Истоки бурятского экосознания

Жизнь наших предков на лоне природы, в степи, выработали у нас, былых номадов, особое экологическое и философское восприятие жизни. Даже обувь с загнутыми носками была создана нашими предками для того, чтобы сберечь травяной покров степей.

Жизнь проходила под Вечным Синим Небом (Мунхэ Хухэ Тэнгэрийн доро). Днем они смотрели в бескрайние степи, а ночью - на звезды, так рождались наши протяжные песни и эпосы. О родине, о родимой земле, о героях...

А когда охотники становились в круг (зэгэтэ аба) и загоняли в него ровно столько животных, сколько нужно было для пропитания, работали такие понятия как «брать не более, чем надо» и «абал».

Эти принципы гармоничного сосуществования с природой, частью которой номады считали себя, вошли в плоть и кровь нашего народа. Может поэтому, наши души очень остро воспринимают нарушение экологии Циркумбайкалья в результате техногенного развития, браконьерства и незаконных рубок леса. Ведь природа так хрупка и все теперь зависит от нас самих, от потомков тех, кого родила эта благодатная Мать-Земля.

Исторические причины нашего столь трепетного и чуткого отношения к вопросам экологии

Отношение кочевников к земле существенным образом отличается от отношения к ней земледельцев.

Земля не являлась собственностью кочевника (предметом купли-продажи), а следовательно, не было к ней потребительского отношения. Земля для номада имела исключительно сакральный статус, как условие его существования.

У бурят нельзя было даже просто так втыкать в землю острые предметы, чертить ее, нельзя было ломать деревья, осквернять водоемы.

Именно Мать-Земля давала кочевнику «Табан хушуу мал» – пять драгоценностей кочевого народа, от которых зависела жизнь и достаток наших предков, давала все необходимое, начиная от еды и заканчивая крышей над головой.

В «пятерку драгоценностей» входят: верблюд, лошадь, бык, коза и овца.

Верблюд считается неприкосновенным посланником высшего божества – Неба; конь символизирует свободу и пространство; бык (корова) – силу и молоко; коза - легкость, крепкое здоровье, дружбу; овца - тепло, гармонию, плодородие.

Земле, природе, горам, лесам, водоемам буряты придают исключительно божественный смысл.

Наш народ ощущал себя неотъемлемой частью кругооборота природы, он никогда не противопоставлял себя ей, не считал себя ее хозяином в смысле европейской пирамидальной иерархии ценностей, на вершине которой всегда был безудержный потребитель, собственник, богач, человек-царь.

Кочевники считают себя органичной частью Матери - Земли, Отца – Неба, природы, что обусловливает трепетное к ней отношение.

В системе ценностей бурятского народа особое положение занимает Байкал, как сердце, колыбель нашего народа.

Все ныне существующие бурятские рода и племена берут свое начало и происхождение с местности вокруг Байкала.

Эта священная для бурят земля называется Баргуджин-Токум и географически охватывает территорию всего Циркумбайкалья – колыбели бурятского народа.

Буряты действительно считают, что Байкал - их божественный предок, которого они призваны оберегать и защищать. Представление о Байкале, как колыбели бурятского народа, питается целым комплексом космогонических мифов и преданий о Буха-нойон бабае, Гэсэре и других.

Доктрина бурятского пространства – это не собственность, а экологическая идеология

Кочевое скотоводство использует только естественный растительный покров земли. У кочевников нет необходимости «вскрывать» землю. В номадном хозяйствовании не существуют потребительские интересы на землю, которая никогда не была частной собственностью кочевников в западном понимании. Кочевники относились к земле не как к своей собственности, а как всеобщему благу, или основе жизни. Отсюда бережное отношение к земле, природе.

Следует отметить, что из отношения к земле проистекает и характер отношения к собственности. Если потребительское отношение к земле аграрных обществ (с собственностью на землю и ее недра) порождает беспредельное стремление к богатству, выкачиванию из них благ, то бережное отношение к земле и подвижный образ жизни (при отсутствии земельной собственности) порождают умеренное стремление к собственности, делается упор на духовные знания эрдэм-бэлиг.

Умеренное отношение к собственности, тем самым не несло в себе остроты того классового антагонизма, которое было характерно для классических земледельческих обществ.

У кочевых народов фактически не было рабовладения по западному образцу, крепостничества и капиталистической эксплуатации. Отсюда вытекает принцип свободного человека.

Особые условия жизнедеятельности кочевников, характеризующиеся более свободными и менее зависимыми от классовой эксплуатации жизненными условиями существования, выработали «степной» либерализм и принципы «кочевой демократии».

Свобода существует в кочевничестве как необходимое, обусловленное жизненными реалиями, состояние. Она формируется в связи с особенностями условий жизни и производственной деятельности кочевников. Поэтому свобода для кочевника - это не цель, а норма его жизни.

Главные моральные качества у кочевников – это самостоятельность, уверенность в своих силах и самоутверждение, которые проистекают из их жизненной специфики. Вместе с тем у кочевников проявляются моральные неприятия к потребительству, алчности и грубости мышления.

Вспыльчивость и импульсивность в действиях обусловлена тем, что жизнь кочевника в течение тысячелетий напрямую зависела от природных перепадов. Недельный дзуд мог оставить номада без его главного богатства и источника существования - скота. Этим в значительной степени обусловлена природная импульсивность номада, а также внимательность к предсказаниям, гаданиям, склонность к азарту.

Таким образом, истоки бурятского либерализма, умеренного отношения к собственности, богатству, бережного отношения к природе, неравнодушие к вопросам экологии, Байкалу, были обусловлены жизнью наших предков, с наследием которых мы должны считаться и понимать.

Они являются неотъемлемыми моральными и этическими ценностями нашего народа.