История петербургского дацана «Гунзэчойнэй»

На севере Петербурга, на Приморском проспекте - рядом с Елагиным островом, находится самый северный буддийский храм.

Первые буддисты появились на берегах Невы еще во времена строительства Петропавловской крепости. Это были волжские калмыки (подданные Калмыцкого ханства, вошедшего в состав России в 1609 году), трудившиеся вместе с другими работными людьми над возведением каменных валов крепости после 1706 года.

Жили они неподалёку, в Татарской слободе, расположенной за кронверком (в районе Большой Спасской улицы). О том, сколько их было и как долго они пробыли в Петербурге, сведений не сохранилось.

Согласно переписи населения 1869 года, в городе проживал лишь один буддист.

Буддийская община в Санкт-Петербурге стала складываться лишь в самом конце XIX столетия. Согласно переписи населения 1869 года, в городе проживал лишь один буддист, записавшийся разночинцем. В 1897 году насчитывалось уже 75 буддистов, а в 1910 году - 184 (163 мужчины и 21 женщина).

В этническом отношении это были в основном забайкальские буряты и волжско-донские калмыки. Селились они, как правило, на Петербургской стороне (буряты) и в Литейных частях (калмыки).

В 1900 году представитель Далай-ламы XIII в России Агван Доржиев получил разрешение на строительство храма в Петербурге. 16 марта 1909 года Доржиев приобрёл на северной окраине города, в Старой Деревне, участок земли площадью 648,51 кв. саженей (2940 кв.м.), уплатив за него 18 тысяч рублей, а также закупил часть необходимых строительных материалов.

Место в Старой Деревне на берегу Большой Невки было выбрано неслучайно. Канон предписывает возводить монастырские обители в уединённом месте вблизи воды. Участок этот некогда принадлежал Михаилу Васильевичу Шишмареву. Его родственник Я.П. Шишмарев служил генеральным консулом России в Монголии, он был хорошо знаком с Доржиевым. Так что вполне возможно, что именно Я.П. Шишмарев и порекомендовал Доржиеву приобрести этот участок в Старой Деревне (Приморский 91).

Согласно канонам, выбор точного места храма определяется путем гаданий.

Интересно, что согласно канонам, выбор точного места храма определяется путем гаданий, в расчет принимаются особенности ландшафта и астрологические приметы. После того как место определено, его очерчивают на земле, в центре зарывают сосуд с драгоценностями и травами, а также листами, на которых написаны молитвы и заклинания. После этого начинают закладку фундамента.

Для научного руководства строительством был создан комитет учёных-востоковедов, куда вошли Б. Я. Владимирцов, В. В. Радлов, С. Ф. Ольденбург, Э. Э. Ухтомский, В. Л. Котвич, А. Д. Руднев, Ф. И. Щербатской, Н. К. Рерих, В. П. Шнейдер и др.

Архитектурный проект храма был разработан Г. В. Барановским - автором проекта Елисеевского гастронома.

Архитектурный проект храма в соответствии с канонами тибетской архитектуры был разработан в 1909 году студентом Института гражданских инженеров Н. М. Березовским и архитектором Г. В. Барановским - автором проекта Елисеевского гастронома на Невском.

Средства, необходимые на постройку, были пожертвованы самим Доржиевым (30 тыс. руб), Далай-ламой XIII (50 тыс. руб), ургинским Богдо-гэгэном VIII и собраны среди верующих в Бурятии и Калмыкии.

Строительство продолжалось с 1909 по 1915 год. Первое буддистское служение состоялось 21 февраля 1913 года в честь 300-летия династии Романовых. Статуя Будды для вновь открытого храма была подарена королём Сиама Рамой Пятым.

Второе большое богослужение состоялось 9 июня 1914 года по случаю торжественного внесения в храм и освящения будд, подаренных королем Сиама. Известно, что наследный принц Чакрабон, учился в Петербурге в Пажеском корпусе, был женат на Е.И. Десницкой.

Освящение храма состоялось 10 августа 1915 года. Первым настоятелем (ширээтэ) стал сам лама Агван Лобсан Доржиев.

Агван Лобсан Доржиев

Доржиев был родом из бурят. Девятнадцатилетним юношей покинул Забайкалье и отправился в Тибет. Но в Лхасу не попал, так как в то время бурятских и калмыцких паломников туда не пускали, а за нарушение запрета грозила жестокая и мучительная смерть. Поэтому Доржиеву пришлось вернуться на родину.

Через несколько лет, скопив деньги на обучение, Доржиев поселился в дацане неподалеку от Лхасы. Закончил обучение в 1888 году и был назначен от этой школы наставником юного Далай-Ламы XIII. Приобрел большое влияние на Далай-Ламу и был им отправлен в 1897 году с секретной дипломатической миссией в Россию.

Доржиеву удалось убедить Далай-Ламу, что русское правительство открыто покровительствует буддистам. Доржиев должен был склонить правительство России к установлению протектората над Тибетом. В 1900-1901 Доржиев совершил ещё несколько поездок в Петербург, соединяя политический зондаж с религиозной проповедью.

В Лхасе Доржиев обосновывал почему Тибету надо искать покровительства в Петербурге тем, что ещё со времен Екатерины Великой все российские самодержцы почитались бурятами и калмыками как воплощения одного из высших божеств – Цаган Дара-Эхе. В России правит Великий Белый Царь (Цаган Батор), в России находится легендарная Счастливая Страна – Шамбала.

Его инициативы поначалу успеха не имели. Николай II дал согласие на строительство храма в Петербурге, но православное духовенство было решительно против. Но под влиянием революции 1905 года был издан указ об укреплении веротерпимости. Буддистов официально запретили называть «идолопоклонниками» и «язычниками».

Примерно в это же время (1904) Далай-Лама бежал из Лхасы от англичан, поэтому он стал усиленно искать покровительства России, даже хотел лично посетить Петербург.

22 февраля 1906 года Доржиев в качестве посланца Далай-Ламы был принят Николаем II. Следующая аудиенция состоялась в Царскосельском дворце 23 февраля 1909 года. Наконец было получено принципиальное согласие на постройку храма.

«Аметистовый храм» - такой эпитет возник во времена постройки буддийского храма в Санкт-Петербурге благодаря необычному красно-фиолетовому оттенку гранита, которым он облицован.

Фасад храма отделан грубоколотым гранитом, облицовочным кирпичом, глазурованной плиткой. Эти работы осуществило Восточно-финляндское гранитное акционерное общество из Выборга. Внутренней отделкой интерьеров в 1914-1915 года руководил Николай Рерих.

По признанию самого Н.К. Рериха, именно во время строительства храма он впервые услышал от «одного весьма ученого бурятского ламы» легенду о Чанг Шамбале (Северной Шамбале).

Одновременно Доржиев принялся за строительство четырехэтажного дома по соседству с храмом. Дом строился по проекту Барановского. Доржиев обманул власти, заявив, что дом ему необходим в личных целях и не будет превращен в «учреждение» при молельне.

На самом деле, как он и планировал изначально, в первом этаже была размещена буддистская лавка, а на верхних трех этажах жили монахи, то есть по сути там был устроен монастырь. 30 ноября 1911 года Доржиев въехал в этот дом, объяснив это необходимостью наблюдать за строительством.

Позднее в 1916 году Доржиев построил дополнительный двухэтажный флигель позади этого дома. На первом этаже для монахов была устроена баня и прачечная, на втором этаже были личные апартаменты Доржиева. Флигель был снесен в 1980 году.

Регулярные богослужения в дацане прекратились в конце 1916 года, а все монахи, служившие в нём, покинули Петроград, так как у дацана не было средств к существованию.

В архитектурном плане это один из самых дорогих буддийских храмов, построенных в Европе. В то время как в Бурятии возводились деревянные и кирпичные храмы, дацан в Петербурге построили из колотого гранита. Позолота, сочетание ярких красок, облицовка и сам архитектурный проект в целом потребовали значительных материальных вложений.

Это монументальное произведение искусства знаменито также витражами, изготовленными Николаем Рерихом, изобразившим на них восемь благих буддийских символов.

Во время Гражданской войны, в 1919 году храм подвергся разграблению, была уничтожена библиотека, бесследно исчезли собранные Доржиевым архивные документы, освещавшие взаимоотношения России, Англии, Тибета и Китая за последние 30 лет.

В 1922 году с одобрения НКВД при буддийском храме Доржиев учредил неофициальную Тибетскую миссию. То есть это было дипломатическое представительство Тибетского государства, не признанного остальным мировым сообществом. В 1924 году дацан вновь начал функционировать с разрешения советской власти.

В 1937 году в ходе репрессий НКВД арестовал немногочисленных монахов и лиц живших при храме (среди них - бурятские религиозные просветители и русские ученые-востоковеды), бездоказательно обвинив их в работе на японскую разведку.

В газете «Правда» писалось, что «…японская разведка выступает иногда в костюме религиозных проповедников, буддийских и иных священников. Японские агенты, основывая храмы и монастыри, создают хорошо замаскированные опорные пункты для организации шпионажа и диверсий».

По решению тройки НКВД некоторых из арестованных в ленинградском дацане расстреляли, как «участников контрреволюционной шпионской организации» проводящей «активную шпионско-повстанческую работу».

Среди расстрелянных был и известный монголист Базар Барадийн, впоследствии оправданный Решением Верховного суда СССР.

13 ноября в Бурятии арестовали 85-летнего Агвана Доржиева, а 29 января 1938 года основатель дацана Гунзэчойнэй после единственного допроса умер в тюремной больнице Улан-Удэ.

После закрытия дацана, и находившейся в нём Монголо-тибетской миссии, здание передаётся во владение физкультурников. В 1939 году о нём упоминает Даниил Хармс в своей повести «Старуха» - персонаж произведения едет в пригородном поезде с Финляндского вокзала на станцию Лисий Нос и делится наблюдениями из окна: «Мы проезжаем Ланскую и Новую Деревню. Вон мелькает золотая верхушка Буддийской пагоды, а вон показалось море».

В конце 1939-го, вскоре после начала финской войны с храма сняли позолоченный ганжир, который мог стать ориентиром при обстреле города. Также были сняты позолоченные украшения, некоторые блестящие детали были закрашены.

Легенды и мифы

Сохранилась легенда, согласно которой в одном из прудов Елагина острова лежат позолоченные осколки статуи Будды. Якобы рабочие, которые после закрытия храма для богослужений выносили из него художественные ценности, не смогли передвинуть ритуальную статую и были вынуждены разбить ее, чтобы вынести по частям. Кроме того, они надеялись найти внутри изваяния сокровища.

Разбитую статую, внутри которой ничего не оказалось, разочарованные рабочие посчитали бесполезным грузом. Они не стали перевозить ее в Музей истории религии и атеизма, подобно другим ценностям храма, а просто выкинули осколки в пруд Елагина острова. Когда спохватились, было уже поздно: поиски фрагментов статуи не дали никакого результата.

Во время Великой Отечественной войны в храме была устроена военная радиостанция. Она оставалась в здании до 1960-х годов и использовалась в качестве «глушилки». 9 июня 1960 года по ходатайству Ю. Н. Рериха и ряда других востоковедов, здание было передано Академии Наук на правах долгосрочной аренды. Впоследствии в здании бывшего дацана находились лаборатории Зоологического института АН СССР.

25 ноября 1968 года здание храма было объявлено памятником архитектуры местного значения. 9 июля 1990 года решением исполкома Ленгорсовета храм был передан Центральному духовному управлению буддистов СССР. В 1991 г. получил свое нынешнее название - Дацан Гунзэчойнэй, что является аббревиатурой его первоначального названия.

С привлечением материалов из книги А. И. Андреева «Храм Будды в Северной столице».