Российские историки XIX века о Чингисхане и Великой Монгольской империи

05 января 2022, 00:25 1000 0 Автор: Золотая Орда

Российские историки XIX века о Чингисхане и Великой Монгольской империи

Ⓒ zolord.ru

«Для всех источников по периоду Великой Монгольской империи, к сожалению, характерна определённая тенденциозность. Средневековая традиция не исключение, а ярчайший пример. Подчас, личные впечатления и недостоверные сведения, не говоря уж о намеренной лжи, подменяли собой истину. Направленность во многом зависела от интересов и целей, преследуемых автором, а также от того, для кого писалась та или иная работа», — пишет Олег Вадимович Лушников, член Международной ассоциации монголоведов, кандидат исторических наук, директор Центра Евразийских исследований им. Г.В. Вернадского, доцент кафедры отечественной и всеобщей истории, археологии Пермского государственного гуманитарно-педагогического университета.

Российские историки XIX века о Чингисхане и Великой Монгольской империи

О.В. Лушников

Так, например, многие мусульманские источники, написанные в стане противников монголов, приписывают последним исключительную свирепость и кровожадность, тогда как монгольские союзники – (христиане, греки и армяне), напротив, подчёркивают гуманность и миролюбие монгольских ханов. Китайские авторы, стоящие на принципах конфуцианской морали, с одной стороны, излагали ход событий сухо и бесстрастно, так как войны рассматривались ими как проявления воли неба, а с другой стороны страдали особым отношением к сильной руке и государственным институтам в целом.

Конец XIX века в России был ознаменован пересмотром взглядов на роль монголов в истории человечества. Введение множества новых источников и критическое переосмысление ранее известных привело к корректировке прежнего мнения о монголах, как об «ужасных разрушителях», и напротив исследователи стали подчёркивать то положительное, что они принесли покорённым народам.

Так, российский историк, востоковед К.П. Патканов (1833 - 1889) на основании армянских источников утверждал, что господство монголов было временем высшего процветания поэзии, науки и искусств на землях, составивших Улус Хулагу, где знание и талант легко открывали себе доступ ко двору.

Российские историки XIX века о Чингисхане и Великой Монгольской империи

К.П. Патканов

К.П. Патканов подчёркивал зверство и разорение, причиненные армянам мусульманами, и, напротив, отмечал добровольное и почти бескровное подчинение христиан хану Хулагу. А также отмечал что умные и достойные представители Армении сумели разглядеть в монголах не врагов, а друзей и союзников, понять их культуру, ценности, веру и отнестись к ним, как к равным, чем и заслужили особое расположение чингисидов.

Но наиболее масштабно и последовательно изложил новый взгляд на Великую Монгольскую империю В.В. Бартольд (1869 - 1930), маститый востоковед, выдающийся русский академик, внёсший огромный вклад в историческую науку. Его главные труды по монголоведению: «Образование империи Чингис-хана», «Туркестан в эпоху монгольского нашествия», «Очерки по истории Семиречья», а также масса статей, посвящённых различным вопросам монгольской истории, вошедших впоследствии в 9-томное собрание сочинений, изданное в 1963-1973 гг.

Российские историки XIX века о Чингисхане и Великой Монгольской империи

Разностороннее изучение Великой Монгольской империи и широкое использование мусульманских, китайских, европейских и монгольских первоисточников позволило В.В. Бартольду дать развёрнутую характеристику Монгольского государства, основных его учреждений, устройства монгольского войска, гвардии и организации военного дела, а также научное описание походов Чингисхана в Среднюю Азию и Иран.

В.В. Бартольд не соглашается с учёными, связывавшими культурный упадок в Средней Азии с последствиями монгольского нашествия.

«Монгольское нашествие сопровождалось разрушениями городов и опустошениями, но от военного разгрома города и области оправлялись довольно скоро; мы знаем примеры, что города, якобы «стёртые с лица земли» потом восстанавливались и продолжали жить ещё столетия».

В.В. Бартольд подчёркивает великую роль кочевников, как посредников в культурном взаимодействии между Западом и Востоком. И возражает против представления о монголах, как о врагах и разрушителях всякой культуры, доказав, что пресловутый упадок Персии и Туркестана происходил не в эпоху высшего могущества Великой Монгольской Империи, а в эпоху её распада и вызванной этим анархии.

Причины упадка Великой Монгольской империи В.В. Бартольд видел в плохой продуманности престолонаследия, а также в постепенном усилении местных ханов и падении авторитета императора по мере ослабления единства правящего рода.

Биографическую волну в русской историографии продолжил и ученик В.В. Бартольда, последний энциклопедист-монголовед, историк, этнограф, лингвист Б.Я. Владимирцов (1884 - 1931). Его работа о Чингисхане талантлива и увлекательна, как исторический роман, и представляет шедевр исторической литературы. Она имела большой успех за рубежом, была переведена на английский, немецкий, французский, турецкий и монгольский языки.

Российские историки XIX века о Чингисхане и Великой Монгольской империи

Б.Я. Владимирцов

При написании «Чингис-хана» Б.Я. Владимирцов опирался на великолепное знание древних источников, причем многими он пользовался в оригинале и дополнил их сведениями, полученными во время своих поездок в Монголию.

Б.Я. Владимирцов, опираясь на сведения многочисленных персидских, арабских, китайских, монгольских и европейских источников, пытается восстановить истину о «гениальном дикаре» создавшем империю, оказавшую влияние на жизнь всего мира.

«Чингис-хана привыкли представлять себе жестоким и коварным, грозным деспотом, совершившим свой кровавый путь по горам трупов, избитых им мирных жителей и развалинам цветущих когда-то городов. Читая обо всём этом и зная в то же время совсем другие стороны характера Чингиса, может казаться, что душевная жизнь завоевателя была сложной, что это была странная двойственная натура, совмещавшая в себе кровавого тирана и былинного богатыря, варварского разрушителя и гениального строителя и созидателя. Но Чингис был сыном своей эпохи и даже во время своих больших войн не превзошёл того, что совершалось его современниками. Чингис-хан никогда не проявлял варварской жестокости по отношению к пленным врагам в то время, как представители гораздо более культурных народов не только предавали пленников мучительной смерти на своих глазах, но и находили в себе восторженных восхвалителей этих варварских поступков. Чингис-хан никогда и помыслить бы не мог устраивать башни из тысяч живых людей, какие сооружались мусульманином Тимуром, мировоззрение и культура которого были гораздо шире, чем у Чингис-хана. Сдержанный, дисциплинированный и глубоко практичный кочевник, каким и остался до конца своих дней, Чингис уже из простого расчёта не мог и не хотел быть кровожадным убийцей, как никогда и не хотел быть бессмысленным разрушителем культурных поселений, хорошо понимая какую пользу могут доставить земли с осёдлым культурным населением своим кочевым господам».

Из личных качеств Чингисхана Б.Я. Владимирцов выделяет силу воли, выдержку, мудрость, рассудочность, осторожность, честность, щедрость, гостеприимство и великодушие. Б.Я. Владимирцов также поддерживает мнение В.В. Бартольда об аристократической принадлежности Чингинхана, но понимает ее скорее как «аристократию духа».

Говоря о причинах походов Чингисхана Б.Я. Владимирцов отмечает, что они были вызваны не его злой волей, а неизбежным стечением обстоятельств, с одной стороны, и наличием мессианской идеи установления миропорядка, с другой.

Причины гибели Великой Монгольской империи он видит в ассимиляции и аккультурации монголов, в деградации и ослаблении солидарности монголов при отсутствии такого гениального вождя, как Чингис, к состоянию, в котором они пребывали до его появления, так как цивилизацию было трудно совместить с кочевым бытом.

Говоря о наследии Монгольской империи, Б.Я. Владимирцов подчеркивает, что на жизни разных государств, возникших на её развалинах, отразились черты её устройства и начала её организации, заложенные ещё Чингисом.

Роль Великой Монгольской империи в мировой истории Б.Я. Владимирцов видит в том, что «монголы оказали огромное влияние на жизнь всего Старого Света, образовав с необычайной быстротой огромную империю, объединившую и связавшую цивилизации Востока и Запада».

Другой великий русский исследователь, путешественник, географ и историк Г.Е. Грумм-Гржимайло (1860 - 1936) готовил свою работу «Западная Монголия и Урянхайский Край» в конце XIX - начале XX в., но, в связи с известными событиями книга увидела свет лишь в 1926 году. В своём огромном труде Г.Е. Грумм-Гржимайло уделял много внимания хозяйственным и этнографическим аспектам. Высоко оценивал роль личности Чингисхана в создании Монгольского государства, считал его несправедливо оклеветанным.

Российские историки XIX века о Чингисхане и Великой Монгольской империи

Г.Е. Грумм-Гржимайло

«Как стратег и тактик Чингисхан превзошёл не только своих предшественников, но и значительно опередил свой век. И пока войны будут разрешать международные конфликты, до тех пор его имя будет ярко блистать среди имён полководцев всего мира. Только военный гений Чингисхана и выдающиеся организаторские способности давали ему возможности разбросать небольшие силы (около 200 тысяч человек) на огромном пространстве от Кореи до Кавказа и Инда, оставаясь повсюду сильным настолько, чтобы подавить малейшую попытку к сопротивлению. И только гений смог бы удержать в повиновении покоренные народы в таких масштабах».

Г.Е. Грумм-Гржимайло отмечает, что Чингисхан стремился к поддержанию правосудия в своей стране. И, созданная им «Яса», хоть и по средневековому суровое, но разумное законодательство.

Ещё одной особенностью российской исторической науки является проблема монгольского влияния на Россию. Начиная с XVIII века практически каждый российский историк считал своим долгом высказаться по этому вопросу. Остановимся на наиболее существенных точках зрения.

Сложились два направления: признающие влияния и отрицающие какую-либо значимость монгольского влияния на русскую историю. Так, большое значение монгольскому воздействию придавали Н.М. Карамзин, Н.И. Костомаров, Ф.И. Леонтович, Н.А. Полевой, Н.Я. Данилевский, К.Н. Леонтьев, М.С. Грушевский.

Н.М. Карамзин отмечал: «Нашествие Батыево ниспровергло Россию. Сень варварства, омрачив горизонт России, сокрыла от нас Европу. В сие время Россия, терзаемая монголами, направляла силы свои единственно для того, что бы не исчезнуть... Изменился внутренний порядок государственный: все, что имело вид свободы и древних гражданских прав, стеснилось, исчезло... Но открылся новый порядок вещей, дальнейшее наблюдение открывает и в самом зле причину блага и в самом разрушении пользу целостности. Величием своим Москва обязана ханам».

Н.И. Костомаров подчеркнул роль ханских ярлыков в укреплении власти Московского великого князя внутри своего государства. Впоследствии его аргументации придерживались Р.И. Сергеевич и П.Н. Милюков.

Ф.И. Леонтович провел специальное исследование монгольских сводов законов, чтобы продемонстрировать влияние монгольского права на русское.

Н.А. Полевой говорил: «Монгольский период русской истории - это борьба Европы и Азии, где России выпала задача переделки Азии на европейский лад. Силы России крепли в период монгольской власти, чтобы ее скинуть потом».

Н.А. Полевой, Н.Я. Данилевский и К.Н. Леонтьев вообще считали, что азиатский мир ближе России, чем Европа, и что период нахождения России в составе Великой Монгольской империи был более для нее полезен, чем последующая европеизация. Их даже можно считать предшественниками евразийцев.

Напротив, И.Н. Болтин, С.М. Соловьев и В.О. Ключевский сделали лишь небольшие общие замечания о важности политики ханов в объединении Руси, но в целом практически проигнорировали монгольский элемент в русской истории. Например, И.Н. Болтин писал: «При владычестве татар управляемы были русские теми законами, кои до владения их имели. Нравы, платье, язык, названия людей и стран осталися те же, какие были прежде. Все сие доказывает, что разорение и опустошение России не столь было великое и повсеместное, как и могольское влияние».

Таким образом, несмотря на более поздний старт российского востоковедения, разработанность проблем Великой Монгольской Империи в России ничуть не уступала европейской исторической науке. Более того, российские учёные находились на более передовых позициях, чем их европейские коллеги. Именно российские монголоведы ввели в широкий научный оборот многие монгольские, китайские, персидские и армянские первоисточники, а также подвергли серьёзной критике ранее известные средневековые труды. Российскими же учёными были развеяны мифы о «варварах-монголах, стёрших с лица земли великие цивилизации» и о «жестоком кровавом маниаке Чингис-хане». И именно российская наука впервые доказала, что цивилизация совместима и с кочевым образом жизни, и стала относиться к монголам, как к равным участникам мирового исторического процесса, а не как к просто «великим варварам».

В целом о российской историографии можно заметить, что в ней в равной степени были хорошо развиты и теоретическое направление, рассматривавшее развитие отношений между кочевыми и осёдлыми цивилизациями и вклад монгольского боевого искусства в мировую военную науку; и работы, посвящённые внутренней жизни империи; а также биографический жанр. Но, в отличие от авторов европейского направления «железа и крови», российские учёные не создавали из Чингисхана «сверхчеловека», хотя в работах В.В. Бартольда, Г.Е. Грумм-Гржимайло и Б.Я. Владимирцова есть и аспект рассмотрения процесса образования Великой Монгольской империи как результата влияния личной воли Чингисхана, общий для исторической науки конца XIX - начала XX вв.

Источник: Лушников О.В. Монгольская империя в историографии. XVIII–XX вв. – Казань: Изд-во «Фэн» АН РТ, 2009.

Источник : zolord.ru

Реклама

Комментарии ()

    Написать комментарий

    Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены символом *

    Похожие материалы
    Золотая Орда — золотой век экономики русских княжеств
    1304 0
    Золотая Орда — золотой век экономики русских княжеств

    Монгольское господство благоприятствовало развитию русской торговли, утвердился порядок. Для русских открылись границы для внешней торговли.

    21 января 2022
    Политическое бродяжничество или как сформировались казахи на рубеже XVI века
    130 0
    Политическое бродяжничество или как сформировались казахи на рубеже XVI века

    В постмонгольский период «казаклык» (казахский образ жизни) обозначало форму политического бродяжничества, что подразумевало бегство (откочёвку) из своего государства или племени. Интервью Джу-Юп Ли — кандидата тюрко-персидских исследований в Университете Торонто.

    15 января 2022
    Влияние Золотой Орды на Русь
    650 1
    Влияние Золотой Орды на Русь

    В течение почти 3-х столетий русские княжества входили в состав сначала Монгольской империи, а потом Золотой Орды. В этом периоде были не только «чёрные страницы истории», но и культурный обмен, втягивание Руси в Монголосферу, которая охватывала Китай и Ближний Восток.

    27 декабря 2021
    Текст на пайцзе Абдуллы-хана, который правил Золотой Ордой с 1362 по 1369 гг.
    1268 0
    Текст на пайцзе Абдуллы-хана, который правил Золотой Ордой с 1362 по 1369 гг.

    Лексико-семантический и грамматический анализ текста пайцзы Абдуллы. История изучения текстов пайцз.

    07 декабря 2021