Власть и бизнес в Казахстане: система господства и подчинения

Власть сказала: надо! Бизнес ответил: есть!

Деловую и административную часть Туркестана (ранее - ЮКО), нового областного центра самой южной области Казахстана, власти страны «поручают» отстроить крупному бизнесу. В начале этого месяца президент Нурсултан Назарбаев сказал, что предприниматели должны внести свой вклад в развитие государства, оказывающего им поддержку, и дал им задание построить «по одному объекту» в Туркестане.

Перед живущим в Бельгии миллиардером Патохом Шодиевым, сооснователем горно-металлургического гиганта ENRC, поставили задачу построить музей; контролирующему нефтяные и торговые предприятия Данияру Абулгазину «поручили» воздвигнуть водноспортивный комплекс; главе строительной компании «Базис-А» Александру Беловичу — театр; руководителю другой строительной компании, BI Group, Айдыну Рахимбаеву — центр казахских ханов, биев и батыров; владельцу Astana Motors Нурлану Смагулову — автосалон. Раздали «задания» и национальным компаниям, которым предстоит сдать в эксплуатацию стадион, Дворец молодежи и другие объекты.

Дети на улицах Туркестана. 2 июня 2018 года.

Возражений бизнес публично не высказал. И на последующих встречах с руководством Туркестанской области, судя по сообщениям официальных агентств, предприниматели подтвердили готовность строить объекты. Информации об их стоимости, источниках финансирования, о том, оправданно ли строительство, нет.

«Власть сказала: надо! Бизнес ответил: есть!» Такой подход укоренился в казахстанской практике, похоже, не только на уровне отношений центральных государственных органов с крупными бизнесменами. Люди из регионов рассказывают, что местные власти обращаются к среднему бизнесу за спонсорской помощью, за средствами на различные культурно-массовые мероприятия, финансирование которых, как правило, в бюджете не закладывается.

«Я вас создал своими руками…»

В начале 2000-х Назарбаев, обращаясь к топ-бизнесменам, заявил: «Я вас создал своими руками… И вправе надеяться, что вы поддержите ту политику, которую я провожу». В те же времена на одном из совещаний с предпринимателями президент заявил, что может любого из сидящих перед ним взять за руку и отвести в суд. Тогда в притихшем зале никто не возмутился.

— Получается, что среди тех, кто тогда сидел в зале, не было ни одного, кто мог сказать: «Извините, господин президент, эта ваша фраза ко мне не относится. Я нажил и заработал свой бизнес честным путем». Это очень печально и негативно с точки зрения нашего развития как независимого государства, - комментирует фразу президента и молчаливую реакцию бизнесменов финансовый эксперт Айдар Алибаев, в прошлом возглавлявший Ассоциацию накопительных пенсионных фондов.

Финансовый эксперт Айдар Алибаев

Не возмутились бизнесмены и позже, в 2017 году, когда Нурсултан Назарбаев попросил правительство разработать закон, чтобы «зажать и заставить» бизнесменов держать деньги в стране, а не выводить за рубеж. Промолчали предприниматели и ранее, в 2015 году, когда президент призвал их участвовать в легализации капиталов и имущества: «Люди, которым государство дало возможность разбогатеть, я по пальцам всех знаю, и я знаю, как они богатели. Каждого, кто в Казахстане сейчас состоятельный».

Впрочем, бизнес порой не молчит, а публично демонстрирует, что рад угождать власти. Бизнесмен Нурлан Смагулов, участвовавший в строительстве объектов к выставке EXPO (прошла в Астане в 2016 году), на совещании по подготовке к ней предложил назвать новый торговый центр «Нур-Плазой» (слово «нур», совпадающее с первым слогом имени президента Казахстана, нередко используется в названиях общественно-политических организаций, социальных программ и бизнес-объектов). И услышал от президента: «Где ты научился так подмазываться?» Под смех в зале Смагулов ответил: «Жизнь научила».

Директор Центральноазиатского фонда развития демократии политолог Толганай Умбеталиева считает, что правила игры в системе, которая сформировалась в Казахстане, отводят бизнесу роль подчиненного.

— У бизнес-элиты нет другого выхода, как подчиняться или демонстрировать покорность, так как вопрос «казнить или помиловать» зависит от президента. Поэтому самый лучший способ - это молчать, — говорит Толганай Умбеталиева.

Директор Центральноазиатского фонда развития демократии политолог Толганай Умбеталиева

Повелительный тон президента в общении с предпринимателями - это один из элементов политической игры и демонстрация силы не только бизнесу, но и всему своему окружению.

Сrony capitalism

Айдар Алибаев говорит, что в стране, где «политическая система подавляет экономику», не может быть полноценного экономического развития и активного развития бизнеса. Бизнес, который сейчас присутствует в стране, замонополизирован и зарегулирован под бременем налогов, контролирующих органов, высоких цен и кредитных ставок, считает Алибаев.

— Даже малый и средний бизнес уже, можно сказать, на грани исчезновения. Есть какой-никакой рынок услуг. Выживают какие-то парикмахерские, клубы, салоны, небольшие магазинчики. Обрабатывающей промышленности практически нет. А сырьевой добывающий и нефтегазовый сектор находится в руках госмонополий, квазигосударственного сектора и так называемого крупного бизнеса, приближенного к власти. Поэтому говорить о бизнесе как об опоре государства и двигателе развития, как в той же Европе, в Казахстане, к сожалению, не приходится, — говорит эксперт.

Предприниматель средней руки из Западно-Казахстанской области Барлык Мендыгазиев, известный тем, что передал свое нефтесервисное предприятие коллективу после конфликта с местными властями, считает, что самостоятельного крупного бизнеса в Казахстане не существует.

Предприниматель из Западно-Казахстанской области Барлык Мендыгазиев

— Те, кто пытается заниматься малым и средним бизнесом, всё равно находятся под постоянным влиянием чиновников местного уровня. Большой бизнес полностью принадлежит олигархам. Я таких называю госпредпринимателями. Так любая кухарка может вести «большой бизнес», — говорит Мендыгазиев.

Бизнесмен вспоминает, что на заре независимости Казахстана предприниматели были полны надежд и планов, но потом «кого-то посадили, кого-то постреляли, а кто-то покинул страну», в которой за эти годы установилась, по мнению Барлыка Мендыгазиева, «клептократическая система».

Американский эксперт Александр Кули, исследователь Колумбийского университета, и профессор британского Университета Эксетер Джон Хезершоу в вышедшем в 2017 году совместном труде «Диктаторы без границ. Власть и деньги в Центральной Азии» (Dictators without borders, Power and money in Central Asia) отмечают, что становление в регионе crony capitalism'а — капитализма «для своих», кумовского капитализма — проходило параллельно с усилением авторитарных тенденций.

В Казахстане это было вызвано экономическим ростом на фоне роста добычи огромных запасов нефти и газа и благоприятной ценовой конъюнктуры. «Золотое дно» открыло возможности разбогатеть преимущественно элитам, многие представители которых не сталкивались с обвинениями в различных финансовых преступлениях до тех пор, пока не решались выступить против режима, подчеркивают исследователи.

Нурсултан Назарбаев время от времени напоминает состоятельным бизнесменам, что деньги им «позволило заработать государство», и требует от них вкладывать средства в Казахстан. Между тем отток капиталов из страны за десятилетие исчисляется, по разным данным, десятками миллиардов долларов. В 2015 году в Национальном банке заявили, что за 10 лет из Казахстана «ушло» около 100 миллиардов долларов. Такую же цифру в 2016 году назвал заместитель генерального прокурора Андрей Кравченко, когда говорил о выведенных из страны за последние 10–15 лет средствах.

Санат Урналиев