Русский мир на Кунашире: охота, рыбалка, наедине с дикой природой

Историю Андрея Шапрана о Кунашире, хищных медведях и выживании наедине с дикой природой публикует Regnum. 

Посёлок городского типа Южно-Курильск (до 1946 - Фурукамаппу, яп. 古釜布) расположен на острове Кунашир, на берегу Южно-Курильского пролива. 

Поселок является административным центром Южно-Курильского городского округа Сахалинской области. Население - 7777 чел. (2018).

Андрей Шапран © ИА REGNUM

Медвежьи следы, обнаруженные Георгием Кулинским накануне днем, указали направление движения животного. Маршрут медведь меняет крайне редко. Поселковая свалка, расположенная в одном километре от Южно-Курильска, как минимум на протяжении полутора месяцев оказалась притягательным местом для голодных зверей: появлялись одни животные, кормились и исчезали, им на смену приходили другие.

Сегодня ночью Кулинский в который раз собрался на засидку с надеждой увидеть и застрелить медведя. Все прежние ночные выходы оказались безрезультатными. Близость поселков - Южно-Курильска и Отрадного, активное транспортное движение по дороге, расположенной в непосредственной близости от свалки, поставило под угрозу жизни множества людей, со слов охотника.

Этой ночью Кулинский надеется увидеть двух медведей - большого и маленького. Маршрут большого он вычислил по следам, оставленным на снегу. Лежка медведя расположена в лесной зоне примерно в одном километре от дороги - на нее Георгий наткнулся, прогуливаясь ранним утром со своей собакой. Встреча с самим медведем оказалась внезапной и краткосрочной - медведь шел через бамбук, заметил человека и ретировался.

Оружия или иных средств для атаки или защиты в этот момент у Кулинского не было. Время появления большого медведя самое неблагоприятное — он приходит под утро, после пяти часов утра. Удастся ли высидеть охотнику 10−12 часов под открытым морозным небом и практически без движения — вопрос. Но Кулинский настроен увидеть в эту ночь обоих медведей.

Угадать маршрут передвижения менее крупного медведя не так просто — медвежья тропа проходит через болото и следов не оставляет. Но и время появления благоприятное — в районе семи-девяти часов вечера.

Засада

В половине седьмого вечера мы встречаемся с Кулинским возле его дома, груженные рюкзаками и оружием, в глубоких сумерках отправляемся на задание. Место нашей засидки Георгий выбрал еще днем — крыша деревянного строительного домика — балка — вполне сносное и относительно безопасное место на свалке.

Забираемся наверх и устраиваемся поудобнее, исходя из ситуации. Небо, затянутое облаками, еще какое-то время согревает землю. Но проходит час, другой, третий, облака улетучиваются, и над нашими головами загораются звезды. Полнолуние только на руку: при таком свете оказываются различимыми все окрестные предметы на расстоянии 30−60 метров.

Кулинский время от времени включает свой дальнобойный фонарь и осматривает окрестности. Медведь всегда подходит бесшумно, а в нашей ситуации задача осложнена еще и тем, что мы не можем угадать направление движения животного. Сидеть приходится тихо, с затекшими ногами-руками, и пробирающийся сквозь три слоя верхней одежды озноб потихоньку охватывает уже все тело.

Три выстрела

Ветер развевал шерсть медведя на его спине. В сумерках возникало впечатление, что еще секунда-другая, и зверь начнет двигаться. Здоровый и неподвижный даже в лежачем положении, при приближении он вызывал какое-то смешанное нехорошее ощущение. Жутко здоровая голова, размером с половину моего тела, открытые и ничего не выражающие маленькие глазки смотрели в пустое пространство перед собой. Ушей не было вовсе, теперь, в ночи, их было бессмысленно искать на медвежьей голове.

«В юности часто так у медведей происходит, - прокомментировал один из охотников, - теряют их в драке».

Медведя убили тремя выстрелами - первый - роковой - пришелся прямо в переднюю ногу животного, в верхнюю ее часть. Контрольная пуля пробила шею животному, еще одна оторвала нижнюю челюсть. Медведь не успел ничего сделать, погиб на месте. Бесшумный и опытный, он и на этот раз незаметно вышел на свалку, на традиционный свой ужин, в каких-то двух десятках метров от охотников. Звук консервных банок выдал его пребывание. Стреляли наверняка с малого расстояния при свете фонаря.

«Килограммов четыреста, - прокомментировал один из присутствующих, когда медведя сбрасывали с борта легкового открытого грузовичка. - На Назаровской заставе месяц назад застрелили почти точно такого же, когда взвесили, оказался под пятьсот килограммов, крупный зверь, но там и жира было больше».

Курильский охотник-волонтер позирует на фоне убитого на поселковой свалке медведя фото: Андрей Шапран © ИА REGNUM

Печальная статистика

На Кунашире за минувший сезон застрелили 20 медведей - со слов Теплова - 7 по лицензии и 13 тех, что зашли. Кулинский называл иную цифру, плюс позже был еще один или два медведя. Как и из чего складывается реальная цифра - узнать на Курилах крайне сложно, делиться информацией здесь никто не любит. По этой причине и мои цифры - из разных источников.

Собственно, на этом нынешний год, по всей видимости, и завершился со счетом тридцать в минус - не в пользу косолапых. Тридцать? Или сорок? Никто не назовёт точную цифру. Осенью проходила информация об убийстве на севере острова как минимум еще шести курильских медведей, под вопросом ситуация в селе Отрадное, расположенном в непосредственной близости от леса.

Кто-то эту ситуацию назовет стандартной, кто-то разгильдяйством и отсутствием организованной природоохранной системы, кто-то, как охотник-волонтер Георгий Кулинский или профессионал Александр Кислейко - катастрофой.

Вопрос, оставшийся без ответа - изменится ли отношение природоохранных организаций в будущем году, если ситуация с отсутствием рыбы снова повторится? Ответа в этом году не оказалось.

В январе на дальнем северном кордоне стала появляться медведица.

Что делать в этой ситуации? - интересуюсь у государственного инспектора Андрея Архангельского. - Как решали подобные вопросы в прежние, более спокойные времена?

- А никак! Убивали, и всё. Человек оказывается один на один с миром дикой природы, и любая ошибка или невнимательность может стоить инспектору жизни, - отвечает Андрей.

Страшно ли в лесу в такие моменты? - интересуюсь у Архангельского.

- Конечно, страшно, голодных медведей только дурак не боится. Мы весь вечер обсуждали эту ситуацию в заповеднике, но к единому мнению - как поступить - так и не пришли, - прокомментировал сложившуюся ситуацию Архангельский.

Чтобы ты сделал на месте саратовского инспектора?

- Я бы застрелил медведя. Жизнь человека ценнее жизни животного. Но об этом думать лучше теперь, а не потом, когда может оказаться, что будет уже поздно, и объяснительных бумаг потребуется гораздо больше, чем сегодня, если бы медведя застрелили бы.

Автор благодарит за помощь, оказанную при подготовке материала: Георгия Кулинского, государственных инспекторов Андрея Архангельского, Александра Микаву и администрацию заповедника «Курильский» в лице Александра Кислейко. Андрея Архангельского уже нет в живых.