Яса Чингисхана как фактор объединения монгольских племен

Монгольское общество XIII в. развивалось по пути экстенсивного кочевого скотоводства. Эта форма хозяйствования нуждается в обширных пастбищах и постоянных кочевках. В результате умелого и агрессивного хозяйствования из среды простых скотоводов стали выделяться нойоны – зажиточные и закаленные в междуусобицах феодалы, обладавшие большими стадами скота и пастбищами. Вокруг них по родоплеменному признаку собирались сородичи и нукеры. Неминуемая борьба за уделы и пастбища способствовала появлению у нойонов боевых дружин нукеров (воинов), которые могли в любой момент дать отпор соседним родам вторгшимся в их угодья. Нойоны подчиняли себе и эксплуатировали рядовых скотоводов, отдавая им на выпас свой скот и забирая себе часть их молодняка. Пленники, захваченные во время межплеменных войн, ждали выкупа либо превращались в рабов.

В степи было неспокойно, любой род мог быть внезапно истреблен более сильным и коварным противником. Степь нуждалась в установлении порядка и едином правителе, который установил бы незыблемые для всех родов правила. И он к тому времени появился, уже закаленный в боях и лишениях, прошедший через плен, рабство и победы.

В 1206 г. на р. Онон нойоны провозгласили на своем хурале единого всемонгольского хана, одного из своих воинственнейших представителей - Тэмуджина, который получил имя Шынгыс-хан (Великий хан). Этот титул не был дарован нойонами, Тэмуджин сам его завоевал.

Из-за языковых отличий монголы произносят имя Великого хана через твердое «Ч» (Чингисхаан), а буряты - через мягкое «Ш» (Шынгысхаан). Монгольские ученые полагают, что во времена Чингисхана, средневековый монгольский язык был более похожим на бурятский, чем на современный халхаский. Бурятский язык безусловно является древним, неизменным и в большей мере сохранившим средневековое произношение и грамматику. Язык, на котором скорее всего говорил сам Шынгысхаан, и который спустя столетия оказался на грани исчезновения из-за предательства бурятских руководителей.

В степи царил жестокий век, новый правитель установил в обществе порядок и дисциплину, которые опирались на армию. Суровые реалии того времени вынуждали Чингисхана сделать армию мобильной и мгновенно реагирующей на команды в любой момент. Подвижный ум разделил собранное войско на «тысячи», «сотни» и «десятки». Командиры этих подразделений головой отвечали за своих подчиненных, а подчиненные знали, что за побег одного воина будет предан смерти весь десяток, а за отступление десятка такую же кару понесет вся сотня. Управление отдельными частями своего государства Чингисхан делегировал своим сыновья и самым преданным, опытным и храбрым командирам, которым были подчинены все местные нойоны с их нукерами и всей массой зависимого населения.

Боевая машина заработала в полную мощь, где-то далеко, за тысячи километров от Великой степи, вдруг закричали и взмыли в небо вороны, кружа над головами ничего не подозревающих жителей Яньцзина, Ходжента, Самарканда, Бухары, Мерва, Тебриза, Киева, Рязани, Коломны, Козельска и многих других городов.

Военная система управления стала сильным средством для удержания в повиновении других родов, семей, нойонов и простой массы рядовых скотоводов, и в то же время толкала на военные походы за пределы Великой степи.

Взаимовыручка и сплоченность стали важнейшими признаками монгольского общества того времени. Поддержка нуждающихся соплеменников получила широкое распростанение в степи.

Все эти нормы взаимопомощи впитали и буряты, как представители монгольской народности. Так, в этнографических сведениях о западных бурятах за 1822 год, было зафиксировано: «В обхождении между собой буряты дружелюбны и снисходительны, один над другим без причины никогда не сделает ни злоречия, ни посмеяния, а если найдется такой невежа, то призывается на суд и публично ему делается выговор. Считалось за священную обязанность сделать кому добро, ту или иную помощь».

Все эти факторы привели к объединению народа Великой степи и к стремлению овладения новыми территориями, новыми трофеями через организацию военных походов на земли соседних племен и дальних народов.

Образование с 1211 г. Ехэ Монгол улас («Великого Монгольского государства») вызвало необходимость выработки и принятия письменных правовых норм и уложений для управления степью и соседними подчиненными территориями. Свод законов и установлений получил название «Ехэ Яса» (Великая Яса) или просто «Яса» Чингисхана. «Яса» по монгольски означает «основа - кость».

К тому времени искуссными законодателями являлись китайцы и Чингисхан хорошо знал об этом, он думал: «Законы и постановления китайцев тверды, тонки и непеременчивы. Необходимо пригласить к себе из этой страны его умных учеников, чтобы поручить им составить законы (ясаны), из которых исходило бы спокойствие и благоденствие для всех его подданных, а особенно книгу законов (хууль-ясаны билик) для охранения правления моего». Чингисхан лично 10 дней диктовал законописцам свои мысли, которые превращались в «Ясу» - закон. Когда составление было закончено, то он нашел их соответствующими устоям его народа и наградил составителей титулами и похвалами.

«Яса» была опубликована, как полагают ученые, на очередном Великом хурале в 1211 году. Но и после этого «Яса» дополнялась и расширялась. Это произошло в 1218 г., перед войной с Хорезмийским султанатом, и в 1225 г. перед завоеванием Тангутского царства.

В 1213 г. войска Чингисхана вторглись в Северо-Западный Китай и заняли Пекин. Во время похода в Китай монголы отточили и усовершенствовали свои боевые навыки, взяли на вооружение китайские военные технологии, стали применять камнеметные, стенобитные и огнеметные орудия. Завоевательные походы монголы начинали с тщательной разведки через торговые караваны, послов и пленных по сбору сведений о военно-политическом и экономическом положении других стран.

В 1218 г. узнав о приготовлениях найманов на западе, Чингисхан тут же выступил в поход на Иртыш. Разгромив армию найманов, которые заключили союз с шахом Хорезма Мухаммедом, Чингисхан устремился к границам Хорезма. Он не намеревался переходить границы владений шаха и отправил к нему послов с подарками и посланием следующего содержания: «Я отношусь к тебе как к любимому сыну, однако я захватил Китай и все территории тюркских народов к западу от Байкала. Моя страна - родина воинов, мои земли богаты серебром и мне нет нужды в других землях. Мы будем поддерживать торговые и добрососедские отношения». Однако послы были схвачены и убиты правителем Отрара. Чингисхан направил посла к шаху с тебованием выдать правителя, но вместо этого Мухаммед обезглавил посла монгольского властителя.

Весной 1219 г. Чингисхан выступил из Каракорума и овладел главными городами Семиречья Баласугуном и Кашгаром. После этого он направил свои основные силы на Бухару и Самарканд. Правитель крупнейшего в Средней Азии государства хорезмшах Мухаммед имел сил не меньше чем у Чингисхана, но из-за внутренних распрей не смог дать организованный отпор. Правители городов вместе с мусульманским духовенством часто шли на сговор с монголами во имя своих личных интересов, предавая интересы народа. Так сдал Самарканд монголам его правитель Тугай-хан, несмотря на наличие стотысячного гарнизона воинов.

В течение 1219 - 1221 гг. монголами были захвачены Самарканд, Ургенч, Мерв и другие города. В результате завоевания началось заселение захваченных районов монгольскими и тюркскими кочевыми племенами пришедшими с востока. Земледельческие районы Семиречья дополнялись пастбищами кочевников.

Пополнение монгольской армии происходило за счет включения в его ряды побежденных кереитов, найманов и других племен. Оказавшись в армии победителя, они ни разу не проявили нелояльность новому хану, потому что они тоже были кочевниками и монгольская среда была для них понятной и приемлемой. На каждого монгольского ветерана приходилось десять новобранцев-военнопленных из чужих племен и народностей. Однако справдливые и суровые законы «Ясы» вели этих людей под единые бразды правления.

Монголы были людьми особого поведенческого склада, который соответствовал правилам «Ясы». Они отличались энергичностью, предприимчивостью, способностью к взаимовыручке и самопожертвованию. Этим духом они заражали всех, кто к ним присоединялся. Поэтому в ряды монголов вливались многие захваченные тюркоязычные племена.

В большинстве покоренных монголами стран, в частности, в Средней Азии и Иране, где издревле существовала своя правовая традиция, подчинить население «Ясе» Чингисхана было чрезвычайно трудно. Правовые уложения монголов очень трудно воспринимались земледельцами-среднеазиатами, потому что у них были сформированы совершенно иные общественные отношения. Положения «Ясы» вступали в противоречие с религиозным мусульманским правом и обычаями местного оседлого населения. На этой почве возникали убийства блюстителями «Ясы» местного населения.

Вот как описывает Джувейни действия Чагатая - главного блюстителя «Ясы» Чингисхана: «Свое окружение и подчиненных он так сдерживал страхом “Ясы” и своею расправою за ее нарушение, что в его правление кто бы не проезжал поблизости его войска, не нуждался ни в каком авангарде, ни в конвое и, как гиперболически говорят, если бы какая-либо женщина поставила себе на голову поднос золота и пошла одинокою, она бы ничего не боялась. Он издавал мелкие постановления, которые были невыносимы для мусульманского народа, вроде того, чтобы не резали скот на мясо привычным им способом, чтобы днем не входили в проточную воду, и т.п. Было разослано во все области постановление, чтобы не резали привычным способом баранов, и в Хорасане продолжительное время никто открыто не резал овец: он понуждал мусульман питаться падалью».

В дальнейшем, отношения монголов с другими племенами и народами, получило совершенно новое продолжение и развитие в государстве Золотая Орда. В этом государстве побежденные вначале стали верноподданными монголов, но через столетия стали полноправными его властителями. Но это уже совершенно иная история.

Выход монголов на мировую арену стал переломным моментом в истории всего Евразийского континента. С момента воцарения Чингисхана произошла массовая миграция монгольских родов и племен.