Этногенез бурят в ракурсе новых генетических исследований

Бурятский этнос является одним из крупных этнических образований Восточной Сибири алтайской языковой семьи. Формирование бурят происходило на территории Прибайкалья при участии тюркских, монгольских, тунгусских, самодийских и енисейских групп населения.

Географическое положение Прибайкалья, находящееся на стыке пояса евразийских степей с тайгой, является перекрестком в движении древнейших народов практически во всех направлениях. Этническая история региона с древности имеет многокультурные корни.

В средневековье Прибайкалье являлось своеобразным этногенетическим узлом, где ранние стадии этнического развития прошли якуты и эвенки. Другие древние насельники этой территории - самодийские, енисейские племена, интегрируясь в новые общности, неоднократно меняли язык, переходя на тюркские и монгольские наречия.

Из Енисейско-Ангарского региона сдвинулись в юго-западном направлении ойраты, прежде составлявшие единую ойратско-бурятскую общность.

Все эти древние народы оставили свой след в этническом составе современных бурят, сохранившийся в диалектах, материальной и духовной культуре.

Привлечение методов полного геномного анализа (секвенирование нового поколения) к изучению проблемы исторической дифференциации этнических групп бурят позволило по-новому исследовать микроэволюцию популяции бурят и реконструировать процессы заселения Сибири, а также изучить связь между этническими группами бурят с помощью этноисторических и геномных исследований.

Ключевыми этнотерриториальными группами бурят являются кудинские, идинские, балаганские, аларские, верхоленские, баргузинские, кударинские, закаменские, селенгинские, хоринские буряты. В рамках исследования были собраны образцы крови представителей всех этих этнотерриториальных групп бурят. Адресная выборка респондентов подразумевала владение информацией о родословной, о местах расселения предков.

Из племенных объединений бурят в исследование были вовлечены представители таких крупных племен, как булагаты, эхириты, хори, хонгодоры. Из состава булагатов были вовлечены представители малых племен, таких как ашибагат, готол, бубай, харанут, из состава эхиритов – шоно, хэнгэлдэр, хойбо, из состава хори – хубдут, галзут, бодонгут, саган. Кроме того, были привлечены представители таких племен, как шаранут, тэртэ, зунгар, хурумши, замот, цонгол.

Были рассмотрены гипотезы об участии тунгусских и самодийских пластов в этногенезе бурят; об участии ранне средневекового тюркского и,конкретно, древнеуйгурского пластов.

Результаты исследования.

Анализ социальной и этнической структуры и разнообразия митохондриальных генофондов 16 анализов позволил установить, что высокое разнообразие племенных групп среди современной популяции бурят обусловлено генетической структурой. По отцовским линиям ДНК буряты представляют популяцию центральноазиатского происхождения, преимущественно монгольского (С2, С2е1). Отмечается также наличие гена R1b. Изучение генетической структуры материнских линий (Мт-ДНК) показало, что в этой этнической группе высокое генетическое разнообразие обусловлено наличием предположительно тюркского (древнеуйгурского) (45,2±19 %) и тунгусо-маньчжурского компонента (30,2±18,9 %), а монгольский компонент составил 24,6 %. Например, проведенная этимологизация этнонимов группы булагатских племен «обогони-олон» указала на их связь с древнеуйгурским этническим пластом в истории Центральной Азии. Однако проблемы дифференциации и принадлежности предков бурят к той или иной языковой группе все еще остаются нерешенными. Так, к примеру, в состав бурят могли войти как тюрки, так и отюрченные, монгольские по своему происхождению группы населения, а в числе тунгусо-маньчжуров могли оказаться и восточные монголы, кидане и другие жители Дунбэя.

Геномный анализ выявил наиболее характерные гаплогруппы митохондриальной ДНК (G, D, R, H, M, C) и Y-хромосомы (С, R), позволил сделать оценки времени их появления в генофонде изученных представителей этноса. Результаты свидетельствуют о высоком генетическом разнообразии этнических групп бурят, относящихся не только к крупным племенным объединениям, но и к малым племенам, указанным выше, обусловленном разнообразием материнского генетического субстрата. Полученные оценки времени появления гаплогрупп митохондриальной ДНК имеют большое значение в плане реконструкции процессов заселения Сибири. Результаты, свидетельствующие о наличии тех или иных гаплогрупп, указывают на время их появления в генофонде изученных представителей этнической группы, начиная с верхнего палеолита (примерно 31–52 тыс. лет назад).

Основные выводы

1. Подтверждено, что некоторые этнические группы бурят (хонгодоры, хурумши) могут быть сформированы на едином материнском субстрате линий митохондриальной ДНК.
2. Наличие в популяции бурят гаплогрупп M указывает на первичный регион происхождения - Китай, Восточную и Юго-Восточную Азию.
3. Оценка степени дивергенции линий митохондриальной ДНК и Y-хромосомы варьирует в целом в диапазоне 3800–56000 лет.
4. Результаты филогенетического анализа показали генетическое сходство представителей этнических групп бурят (бубай, шоно, готол) с баргутами, китайцами, корейцами.
5. Анализ совокупности данных о полиморфизме митохондриальной ДНК и Y-хромосомы у отдельных представителей этнических групп бурят может быть использован для изучения вопросов истории происхождения и межэтнического взаимодействия.
6. Дальнейшее развитие таких исследований связано с вовлечением в анализ современных этнических групп, проживающих на сопредельных территориях по отношению к Сибири, например в Монголии и Китае, для получения сведений об истоках диверсификации этносов.

Таким образом, широкий ареал расселения, интенсивные процессы взаимодействия с другими народами, населявшими Сибирь, высокое разнообразие племенных групп среди современной популяции бурят, обусловленное генетической структурой, представляет интерес для продолжения изучения особенностей генофонда монгольских народов, и в частности бурят.

Более подробно см.: «Этногенез бурят в ракурсе новых генетических исследований (предварительные результаты)» 2015 г. Базаров Б.В., Дамбуева И.К., Нанзатов Б.З., Институт монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН Бурятский научный центр СО РАН.